| Ru | En | Подписка | 

Петербургский благотворительный фонд культуры и искусства «Про арте»
 Значек Vimeo 3.png Instagram.png  

Школа культурной журналистики

26.08.2015

Шоу не должно продолжаться (театр)

Автор:  Манакова (Зернова) Анна

 
Спектакль Московского театра имени А. Пушкина «Меру за меру» 
по пьесе У. Шекспира (2013 г.). Режиссер Деклан Донеллан.  
Художник Ник Ормерод. 

Спектакль Деклана Донеллана «Мера за меру» так и хочется назвать политическим. Одетые в строгие костюмы Герцог и его наместник Анджело напоминают официальных лиц из выпусков новостей. Лицемерные разговоры чиновников о коррупции и святости законов, бессилие простых смертных перед несправедливым приговором – все показано так, будто четырехсот лет, разделяющих нас и Шекспира, и не бывало. Сценография аскетична и условна: кроваво-красные кубы на черном фоне, высвеченные десятками подвесных ламп. Еще до начала спектакля зритель слышит лязг и скрежет железных затворов, словно это государство – одна большая тюрьма. 

Балансируя на грани драмы и комедии, режиссер создает историю о личной ответственности, отяжеленной для главного героя, Герцога (Александр Арсентьев), бременем власти. При либеральном правителе народ погряз в грехах, отдавая особое предпочтение греху прелюбодеяния. Герцог на время «линяет» от дел, облачается в монашескую рясу и растворяется среди горожан. Власть переходит Анджело (Андрей Кузичев) – хладнокровному чиновнику, ставящему закон выше разума и человечности. 

Манакова 8-1.jpg
 
Народ здесь – разношерстная стая, напоминающая жителей криминального квартала из фильма «Город грехов»: шлюхи в латексе, сутенер, монашка в белой рясе и кедах, полицейские, заключенный в робе, мужчины в деловых костюмах. Неуправляемая масса проносится по сцене, как живой занавес, «выплевывая» то одного, то другого персонажа (эти перебежки – своеобразная отбивка эпизодов). Чтобы обуздать толпу, новый правитель начинает насаждать нравственность со смертельного приговора «блудодею» Клавдио (Петр Рыков). Сам же обещает его сестре, послушнице Изабелле (Анна Халилулина) отменить казнь в обмен на ее невинность. 

Режиссер сопоставляет две стратегии правления. Анджело – функционер, с ледяным спокойствием принимающий жестокие решения во имя мнимого порядка. Этому безукоризненно аккуратному типу, в наглухо застегнутом строгом костюме, кажется, в принципе не знакомы душевные метания (до тех пор, пока он не встретит Изабеллу). Герцог – мягкий, сомневающийся, он явно робеет перед своим народом, и в смятении ищет возможности спасти несчастных. Получается странная история: он действительно их спасает, но какой ценой? 
 
Возвращение Герцога на трон сделано в формате публичного шоу: красная дорожка, микрофоны, речь, обращенная в зал. Правитель разоблачает зло и великодушно прощает его, ожидая достойного, триумфально счастливого финала шоу. Но его нет: Изабелла и ее брат в немом исступлении, Анжелло больше хочет смерти, чем «блага», которое ему даруется… 

Выходит, и лицемерное зло Анджело, и сентиментальная, показная добродетель Герцога требуют человеческих жертв. В итоге Герцог все-таки понимает это – он растерян и вряд ли знает, что делать дальше. Доннеллан не дает инструкции по применению властных полномочий. Он приводит главного героя к самой важной точке – точке переосмысления своих действий. Переосмысления, которое, кстати, может не закончиться ничем толковым. Так часто и бывает.


Доп. материалы: 
Британского режиссера, лауреата престижных театральных премий Деклана Доннеллана называют «специалистом по Шекспиру». В России он поставил ряд произведений английского классика: «Зимнюю сказку», «Двенадцатую ночь», «Бурю». Спектакль «Мера за меру» в Московском театре А.С. Пушкина был удостоен пяти номинаций на «Золотую маску». 

Донеллан уже второй раз обращается к этой пьесе Шекспира, отмечая важные для него темы: «В ней заключено очень много прозрений не только о человеке, но и о государстве. Государство здесь уподоблено человеческому телу. Это пьеса, можно сказать, и о паломничестве: паломники думают, что главное в том, что они куда-то идут или едут, но на самом деле они совершают прежде всего внутреннее путешествие» (из интервью «Коммерсанту»).